Все произошло так быстро, что Виктор, пытавшийся в это время взобраться на дерево, даже не заметил, что делается за его спиной. А Мирон, барахтаясь в воде, не издал ни звука.
Оглянулся Виктор - ни челнока, ни друга! Что за черт?
- Миро-он! - крикнул он.
- Ну! - послышалось совсем близко. Глянул Виктор - и глазам своим не поверил.
- А где челнок?
- Не знаю.
- Как не знаешь?
- Да так. Поехал...
- Что ж это такое? - в отчаянии крикнул Виктор.
- Приключение, - спокойно ответил Мирон со своего дерева.
- Что ты наделал?
- А может, это ты наделал?
- В челноке-то ведь ты остался!
- Хотел бы я поглядеть, как бы ты остался, если б тебя стукнуло, сказал Мирон.
Так они спорили, пока не прошло первое впечатление от катастрофы. Никто никого всерьез не винил, да и какая польза в этом, но привычка поспорить, упрекнуть друг друга сказалась и тут. И только наспорившись вдоволь, друзья начали искать выход из неприятного положения.
А положение действительно оказалось незавидным: им некуда было податься, кроме леса, видневшегося в километре с небольшим от этого места. Неизвестно, как удалось бы юношам проплыть такое расстояние в одежде, по холодной воде; случись несчастье на реке или на озере. Но на залитом водою болоте нашлись "станции" для отдыха - деревья, кусты и просто неглубокие места.
Наступил полдень. Неоглядный водный простор искрился на солнце. С юга чуть дышал теплый ветерок. Вода плескалась возле деревьев. Со свистом пролетели две утки. Солнце приятно согревало мокрую одежду. Настроение улучшилось, особенно у Виктора. Он даже начал шутить: